03:38 

Все идет по плану

КняжнаАнастасия
На золотой летающей тарелке
Black Silence: А представляешь такой подростковый эксперимент, ну типа вот Саавик вся такая нефорша, значит, у нее и тормозов пока нет, и вот они с Дэйвом целуются случайно или еще как-нибудь так, а потом так "Я ничего не понял(а), давай еще раз", и опять целуются, и тут заходят Кирк и Спок, а после скандал, и Спок такой: "Это все твое воспитание!"...

Я: Тиша. Мать твою. Ты вообще догадываешься, что я вынашиваю точно такую же идею уже месяцев восемь?

Black Silence: *O*


17 сентября 2276 года

В тот день, возвращаясь из школы пешком, Дэвид Кирк совершенно искренне думал о том, что вулканская депрессия хуже ядерной войны. Нормальный парень его возраста, естественно, в жизни бы так не подумал, либо потому, что не слишком много знал о ядерном периоде в истории Земли, либо потому, что не жил в одной квартире с двумя вулканцами, о которых все учебники врали как о существах с полным отсутствием эмоций.

«Ни одной эмоции, ага», - иронически подумал он, покосившись на ровно вышагивающую рядом сестру. Лично для него Саавик выглядела как человек, готовый убивать, хотя кто-нибудь со стороны, наверное, без колебаний назвал бы ее спокойной, как удав.

Не то чтобы Дэйв целенаправленно наблюдал за своей старшенькой в учебное время, но о ее сегодняшних неудачах имел довольно полное представление. Трудно не заметить, когда твоей сестре-полувулканке выговаривают на утренней линейке при всей средней школе за чересчур творческий для ее образа мыслей подход к выполнению домашней работы, иначе говоря – беззастенчиво обвиняют в списывании.

- У кого я списала-то?! – нехарактерно резко для себя возмутилась она в тот момент.

- Деточка, - отвратительно, до ненавистнической дрожи снисходительно ответила мисс Каломи, ханжески потрясая листком с работой, - Я прекрасно знакома с вашими родителями и могу отличить ваши собственные мысли от мыслей адмирала Кирка. Стыдно, мисс Кирк, стыдно в вашем возрасте пользоваться папиной помощью.

Судя по всему, Саавик прокручивала это высказывание в голове весь оставшийся день, и до сих пор думала исключительно о нем, потому что ладони у нее были сильно напряжены, как у готового атаковать хищника, а почерневший отсутствующий взгляд исподлобья безошибочно выдавал напряженную работу мысли, от которой, как правило, у попавшихся под горячую руку жертв случались большие неприятности.

По настоянию Дэйва они шли через частный сектор. Саавик нужно было время на поостыть, да и так было значительно безопаснее, чем вести разозленную вулканку по большой оживленной улице. Зеленые раскидистые деревья прятали их обоих от слишком яркого для середины весны солнца, едва теплый воздух пах первым веянием лета, а вокруг царила такая благословенная тишина, что нарушать ее не хотелось даже ему, склонному к созданию вокруг себя бесконечной круговерти беспорядка и творческого хаоса. Дорога до научного поселка вполне могла благополучно завершиться безо всяких происшествий…

Если бы они оба не были Кирками, естественно.

Звук фазерного выстрела невозможно ни с чем перепутать. Этот высокий пронзительный вой, знакомый любому ребенку если не по голофильмам, то по урокам основ безопасности в школе, был настолько неуместен здесь, в нескольких километрах от Сан-Франциско, что Дэйва взяла едва не ставшая фатальной оторопь. В бок резко и мощно ударило что-то большое и тяжелое, и раскаленный пламенный заряд просвистел прямо над его головой.

Прежде, чем он осознал себя сидящим на земле, боковое зрение успело зафиксировать темную молнию, метнувшуюся к аккуратно подстриженным густым кустам.

Саавик бегала редко, изо всех сил стараясь сдерживать свою безудержную энергию во имя вулканского воспитания, но если и срывалась с шага, то неизменно наводила на мысль о велосипедном колесе с тонкими серебряными спицами вместо ног. «Надо было ее в бейсбольную секцию затащить», - с машинально-неестественным, спровоцированным в большей степени шоком восхищением подумал Дэйв, провожая ее полубессмысленным взглядом.

Практически сразу за этой мыслью пришло осознание происходящего, подкинувшее его на ноги не хуже мощной дозы энергетика.

- Котенок! – крикнул он в слабой надежде отвлечь ее от преследования и, легко подхватив оставленный ею подле него школьный рюкак, бросился следом.

Сестру он настиг только через несколько кварталов, там, где тихая улица пересекалась с оживленным шоссе. Опираясь плечом на моноблочную стену углового дома, она стояла и бесстрастно созерцала лежащего в глубоком обмороке андорианца в черном костюме из тех, что весьма популярны у воров-домушников. Одна ее нога в тяжелом ботинке ненавязчиво, но твердо держалась на его гибком плече, руки были сложены на груди, из свободной прически неаккуратно выбивались несколько зеленых прядей – как будто не убийцу поймала, а сбежавшего котенка.

- Спасибо, - спокойно и холодно сказала она, забирая у Дэйва из рук свой рюкзак, - Я вызвала родителей. Сейчас подъедут и будут разбираться сами.

Он растерянно откинул в глаз светлую кудрявую челку, не зная, куда девать руки. Когда Саавик для удобства и собственной безопасности блокировала свои эмоции, это всегда чувствовалось очень отчетливо и ощущалось весьма неприятно, как будто вместо любимой сестры появлялся кто-то чужой, с кем тоже можно было взаимодействовать, но совсем не так же.

- Наверное, придется лететь к дяде Лену, делать мыслесчитывание для дачи показаний, - заметил он с тоской; процедура была чертовски неприятная, даже если язвительный доктор доверит ее проведение предельно корректной и дружелюбной, да и вообще почти родной Джо.

- Не делай вид, что это хуже, чем ежегодный полный осмотр, - отстраненно хмыкнула Саавик, и он был вынужден с ней согласиться.

Папа Джим и папа Спок примчались спустя пятнадцать минут, когда вокруг детей уже собралась небольшая группка сочувствующих, а андорианец начал подавать первые признаки жизни, чем спровоцировал бурный спор: стукнуть по голове еще разок или дать очнуться.

- Что тут, черт возьми происходит? – Джим с трудом пробился через плотное скопление народа и первым делом схватил Дэйва за плечо, озабоченно вглядываясь в его лицо, - Саавик сказала, в тебя стреляли?

Среди людей пробежал молниеносный шепот: «Адмирал! Сам адмирал Кирк здесь!», и Спок смог подойти ближе к центру столпотворения совершенно спокойно, никого не распихивая: перед ним все мгновенно расступились самостоятельно.

- Этот стрелял? – уточнил он, указывая на все еще удерживаемого Саавик преступника.

- Да, отец, - негромко кивнула она.

- Чем ты его так?

- Я? Ничем, - Саавик равнодушно пожала плечами, - Он сам здесь свалился. Возможно, яд на случай поимки.

- Андорианские яды для таких ситуаций быстро убивают. Он бы уже не дергался, - покачал головой адмирал. Лицо у него было непривычно суровое, даже жесткое, и если бы Дэйв не был совершенно уверен, что вот этот самый человек в обычное время никогда не позволяет себе даже повысить голос, он бы непременно испугался.

Родители тщательно связали несостоявшегося убийцу. Помешкав мгновение, Спок легким движением руки пережал ему нервы на плече, пресекая нежелательные телодвижения, и без видимых усилий забросил на заднее сидение аэрокара.

- Вы поступили логично, вызвав первым делом нас, - пояснил он детям, - Но разбираться с ним в любом случае будет полиция.

Саавик кивнула медленно, как в полусне, и Дэйв, проследив ее взгляд, увидел, что у их бесстрастного вулканского отца мелко дрожат руки. Ранее ему доводилось наблюдать подобную картину всего раз или два, в особенно тяжелые для семьи моменты.

- Я поведу, - видимо, тоже заметив состояние супруга, бросил Джим, - Дети, падайте на средний ряд. На этого не оглядывайтесь. Много чести.

Дэйв коротко кивнул. Не очень-то и хотелось. Гораздо больше его внимания заслуживала непредсказуемая, способная в любой момент потерять контроль над собой сестра, и он это прекрасно знал.

Однако всю дорогу до полицейского участка Саавик сохраняла совершенное вулканское спокойствие – не показное, как получасом ранее, а самое настоящее. С каждым разом у нее все лучше получалось держать себя под контролем, чему Дэйв не мог не радоваться, хотя это и означало, что скоро она совсем перестанет нуждаться в его заботе.

Первые трещины по бесстрастной маске пошли, когда пришедший в себя андорианец принялся что-то заунывно хрипеть о кровной мести и об убитом много лет назад супруге.

- Дэйв-то тут при чем? – мрачно удивился папа Джим, не удостаивая его взглядом даже в зеркало заднего вида.

- Твоей рукой сражен, твоей руке и расплачиваться, - провыл неудавшийся мститель.

- Когда это я андорианцев убивал?..

- Во время транспортировки послов на Вавилон-5, - негромко напомнил Спок, - Ты раскрыл заговор ложного андорианца, и тот отравил себя.

- Так то на самом деле ромуланец был… - хмыкнул адмирал, - А ты любитель экзотики, да?

- Будь ты проклят, - обиженно буркнул преступник, и Дэйв чуть было не рассмеялся, но именно в этот момент, стоило ему чуть отвлечься от внимательного наблюдения за лицом сестры, она вдруг глубоко вздохнула и с едва слышным стоном опустила кудрявую голову ему на плечо.

Опасливо косясь на родителей на передних сидениях, он не без теплого чувства в груди решил, что с этим уже можно что-то делать, и позволил себе обвить ее руками, прижав покрепче к себе. Обычно это неплохо помогало защитить ее сознание от внешних раздражителей, дав передышку, чтобы собраться с силами.

Выдержки Саавик хватило ровно на предварительный допрос, составление протокола и дорогу домой. Дэйв практически видел, как по мере осознания своей безопасности она сдает подступающей истерике ментальный барьер за барьером. Ее била крупная дрожь.

- Много горячего кофе с молоком, - констатировал, глядя на нее, папа Джим, и, взглянув на Спока, добавил:

- Какао с коньяком тоже не помешает.

Мягко взяв мужа за руку, он увел его на кухню, очевидно, чтобы успокоить своими методами, ну и заодно все же сварить кофе для дочери.

Та же, обнаружив себя наедине с братом, внезапно окончательно бросила попытки сопротивления и нервно, с прерывистыми тяжелыми всхлипами, разрыдалась.

Дэйву сложившийся расклад не понравился совершенно. Девичьи слезы отнюдь не входили в топ-пять его любимых зрелищ и вообще бесспорно проигрывали даже спаривающимся водолейским тараканам. В голове немедленно воцарилась паника, сердце заколотилось сильнее, сбивая с мысли. Он заметался в растерянности, не зная, как поступить, а потом вдруг задумался на мгновение, сделал самый глупый вывод в своей жизни и быстро, пока не успел задуматься о собственных действиях, склонился к губам Саавик с коротким смазанным поцелуем.

От недоумения сестра мгновенно прекратила потоп и уставилась на него, механически подняв проколотую штангой бровь. Той самой штангой, которая и без того изрядно волновала Дэвида все три месяца своего существования.

- Я совершенно ничего не поняла, - с долей детского удивления сообщила Саавик. Казалось, поступок брата окончательно выбил ее из колеи, пробудив неистребимый вулканский инстинкт познания мира с самой неожиданной стороны.

Ему оказалось неожиданно легко отмахнуться от собственных сомнений. Или хотя бы на время о них позабыть. В живот скользнул уже знакомый по нескольким романтическим экспериментам приятный холод, податливое искушениям сознание резонно спросило «Почему бы и нет?».

- Насколько я понимаю, - тихо и хрипло, не покидая ее личного пространства, предлагая своего рода научную игру, сказал он, - Большую роль играет физический контакт.

И Саавик кивнула, возможно, не совсем понимая, что он имеет в виду, но совершенно не боясь его. Дэйв немного нервно усмехнулся и положил одну руку на ее пугающе тонкую талию, а вторую удобно пристроил на лице так, чтобы аккуратное остроконечное ушко легло в ложбинку между большим и указательным пальцами.

Второй поцелуй оказался несколько… Четче первого. И совершенно точно значительно более успокаивающим. Как любой поцелуй, он был приятен и увлекал с головой, и на мгновение позабыв обо всем, Дэйв вдруг пожелал, чтобы это никогда не заканчивалось…

- Латте с доставкой на дом, - весело пропел из коридора папа Джим, и прежде, чем Дэйв успел как-либо отреагировать, они со Споком вдвоем вошли в комнату.

Их с сестрой откинуло друг от друга, как взрывной волной. Саавик, кажется, только теперь начавшая осознавать, что они творят, заозиралась испуганно и потерянно, как человек, только что вышедший из глубокого стазиса. На щеках у нее расцвели зеленые пятна стыдливого румянца – небывалое зрелище, на которое Дэйв едва смог прекратить таращиться.

- М-мы… Мы-мы-мы… - заикаясь, попыталась она сказать что-то в оправдание, но стоило ей лишь взглянуть в глаза папе Споку, как дар речи покинул ее.

Родители выглядели… Огорошенными. И абсолютно нокаутированными. Как обухом по голове.

- Это все твое воспитание, - невнятно пробормотал Спок и поспешно покинул детскую. Джим сначала растерянно посмотрел ему вслед, затем быстро взглянул на детей, будто пытался разорваться на несколько адмиралов, каждому из которых было что сказать, отставил чашку с кофе на комод у двери и поспешил за супругом.

- Дурдом! – разнеслось на всю квартиру его досадливое восклицание.

- Уйду в Гол! – эхом отозвался впервые на памяти Дэйва повышенный голос Спока.

- Чего такого-то? Вы сами так же друг друга успокаиваете! – крикнул мальчик им вслед, впрочем, очень надеясь, что его идиотское оправдание никто не услышит.

Саавик, уже полностью вернувшая себе самообладание, так посмотрела на открытую дверь в коридор, будто видела ее впервые.

- А что мы, собственно? – обманчиво невозмутимо сказала она и перевела взгляд с двери на брата, - Нам же интересно, в конце концов.

- Угу, - кивнул Дэйв, зажмурился и слегка втянул голову в плечи, услышав звон разбитой кем-то из родителей в порыве возмущения вазы, - Только, думаю, пока стоит отложить такие эксперименты. Ради сохранения раритетного антиквариата в отдельно взятой квартире.

- Пока? – он не смотрел на нее, но точно знал, что точеная бровь вместе с пресловутой штангой опять находятся не на своем месте.

- Пока, - согласно кивнул он, - Лет на сто нам, пожалуй, хватит.

@темы: Домашний очаг, Дэвид Кирк, Рейтинг G - PG-13, Саавик

URL
   

Заколдованный СтарТрек, или Туда и в Нарнию

главная