КняжнаАнастасия
На золотой летающей тарелке
11 сентября 2014. Тщательно спланированная подложка для "Космической песни", очень выверенная и совершенно бессмысленная, потому что пока дойдешь до собственно Песни, давно забудешь о том, что где-то в Очаге была эта глава хд

23 декабря 2281г.

Этой женщине всегда и все давали ровно сорок лет. На ее лице давно перестало отражаться прожитое время. Она была импульсивна и подчас несдержанна, она точно знала, как убить человека, а как исцелить одним прикосновением. И пусть другие главы МакИ не казались младше нее ни на день, она видела в мире больше любого из них. Она собрала их, она научила их сопротивляться, и видит Бог, она делала это лучше любого из них.

Возможно, потому, что точно знала, кому мстит.


Тувок с тщательно скрываемым интересом изучил обложку аккуратного тома мемуаров де Голля и с видимым сожалением поставил его обратно на полку. Заметив его интерес, Саавик закатила глаза, сама взяла книгу и впихнула товарищу в руки.

- Разве это не вещь твоего отца? – выразил недоумение парень.

- Бери спокойно, - ответила она, - Он наверняка не станет есть тебя за то, что тебе это интересно.

- Не представляю, зачем бы адмиралу звездного флота есть вулканца.

Саавик фыркнула и отвернулась.

Они познакомились на вступительных экзаменах полгода назад. Единственные дети погибшей планеты на курсе, они мгновенно ухватились друг за друга, и с тех пор их редко видели поодиночке. Семнадцатилетний Тувок, классическое воплощение своей расы в самом строгом ее проявлении, рядом со своей новой подругой внезапно становился похож на утенка, накрепко привязанного к маме. Отчасти это объяснялось тем, что Саавик была старше него, отчасти – тем, что она намного лучше ориентировалась среди землян и могла послужить своеобразным проводником между ними и чистокровным вулканцем. Высокий нескладный мальчишка с обожженной до черноты еще со времен гибели Вулкана кожей и маленькая, живая, как ртуть, полуромуланка – видели ли стены Академии более странный и более гармоничный альянс? И как Джим, при одном только взгляде на эту пару едва сдерживавший смех, мог не дать разрешение на присутствие юного кадета на борту?

По Земле широкими шагами двигался декабрь. Энтерпрайз вышла в свое традиционное рождественское путешествие – возможно, последнее. Дэйв, поступивший осенью в университет, и Саавик, вслед за ним решившаяся на Академию Звездного флота, даже в этом году уже с трудом успели вовремя расправиться с зимней сессией. Джоанна собиралась переходить в ординатуру на недавно открытом для Федерации Ференгинаре (в доме Маккоев полгода бушевали скандалы: «Только через мою криомумию!» - «Пап, там же неизученная раса, мы нужны им!» - «Печка им нужна, да пожарче» - «Спасибо, Паша»), а после получать флотскую квалификацию, чтобы выпуститься одновременно с Саавик. Хелен ни на день не расставалась с Сулу и готовилась уйти в дальнюю миссию на Эксельсиоре в должности младшего инженера. Дети покидали корабль, а без них эти вылазки теряли всякий смысл. Энтерпрайз тихо плыла по бескрайнему космосу, готовясь встретить святой праздник, и уже казалось, что никаких форс-мажоров не предвидится...

Как вдруг все перевернулось.

Тувок попытался, приняв книгу, отстраниться от подруги и восстановить приемлемое для вулканской зоны комфорта расстояние и в недоумении уставился на собственную руку, намертво приклеившуюся к манжету ее рукава.

- Утки! У-у-у! – радостно завопил загадочный шутник, внезапно выскакивая из воздуха прямо перед ними. Саавик, оценившая культурную отсылку, проводила его удаляющуюся с радостным гоготом фигуру неприличным жестом и, убедившись, что шутник ее не видит, открыто рассмеялась, откинув назад увенчанную темными кудрями голову. Тувок, для которого по причине своеобразной вулканской физиологии неприличный жест выглядел вдвойне неприлично, нежно зазеленел, что в сочетании с его цветом кожи давало особенно забавный оттенок, и еще раз попытался дипломатично отодвинуться.

Из его горла вырвался совершенно нелогичный, нерациональный звук, подозрительно похожий на... Кряканье?

Наблюдая за обиженным, при каждом резком движении недовольно крякающим вулканцем, Саавик впервые подумала о том, что надо бы нагрузить Хели разработкой голопроектора воспоминаний. Потому что кадры получились бы идеальные.

Шутник же, вихрем пролетев сквозь несколько палуб и словив в свой адрес немало отборных, хотя и беззлобных ругательств, бесцеремонно ввалился в медотсек.

Кью – так представилось это существо – не сидел на месте ни одной чертовой секунды. Он возник буквально ниоткуда и с того момента, казалось, заполнил собой все пространство звездолета.

- Вы откуда вообще? – слегка удивился при его появлении привычный к разного рода неожиданностям адмирал.

- Откуда я? – растерянно повторил незваный гость, и на его лице Джим ясно увидел отражение дурашливой притворной задумчивости, - Боюсь, я не уверен точно. Возможно, из туманности Андромеды? Или, о, конечно, прямиком из Большого взрыва!

- Ну-ну, - хмыкнул Кирк и, к удивлению большинства, не стал предпринимать никаких шагов против присутствия пришельца на борту.

Несмотря на свою внешнюю суровость и умение вовремя взять себя в руки, Джим Кирк вовсе не был занудой. В какой-то момент – курсе на втором, возможно – его можно было назвать ботаником, но занудой – никогда. Для этого, в конце концов, существовал Спок. Джим же пришел в жизнь, чтобы открывать новые миры, творить безрассудности, опровергать аксиомы и сеять вокруг себя неполадки и хаос, которые сам же и преодолевал год за годом.

Отчасти поэтому воцарившийся на корабле бардак скорее забавлял его, нежели вызывал негодование. Словно между ним и Кью мгновенно установилось полное понимание и негласное соглашение.

В царстве профессора Маккоя царила столь напряженная тишина, что сверхактивная сущность пришельца, казалось, вот-вот воспламенится, спровоцировав взрыв.

- Когда в дом приходят проблемы, - заметил Кью, заботливо поправляя какой-то прибор, - Есть смысл купить новый дом.

- Иди к черту! – дружно отозвались профессор и его молодая рыжая дочь, а коммандер Чехов, обрадованный возможностью перекинуть пламя семейного гнева на чужого, швырнул в его сторону подушку с биокровати.

- Спасибо, - непринужденно кивнул пришелец и улегся прямо на воздух, зависнув в пространстве. Подушка в этой ситуации пришлась чрезвычайно кстати.

- Вот видишь! – Джоанна Маккой мгновенно вспыхнула, как пропитанная смолой головешка, - Сколько еще не изучено! А если мы можем научиться делать так же? А если ференги это уже умеют?

- Еще чего, - скривился Кью и от негодования даже перетек из лежачего положения в сидячее (все еще продолжая парить в воздухе!), - Эти кривозубые могут разве что продавать воздух, но подчинять его – нет, сэр, нет!

Ответом были три одинаково синих недоуменных взгляда.

Кью закатил глаза.

- Нейрохирург? – тоном уставшей от народной глупости вахтерши уточнил он.

- Нейрохирург, - растерянно подтвердила Джо и машинально потянулась пощупать жесткую нашивку с обозначением медицинского направления, которую прикрепляли на форму всем сертифицированным медработникам. Разумеется, на ее клетчатой рубашке с легкомысленно связанными, обнажая плоский живот, полами, ничего подобного не было.

Пришелец окинул ее оценивающим взгядом.

- Рыжая вредная дочь Маккоя. Лети-ка ты, болезная, на Сетилин-2.

- В эту дыру?! – возмутилась Джоанна, - Там же изучать некого!

Кью только усмехнулся в ответ. Кошачьим движением свернувшись в клубок, он сжался, сложился и растворился в нигде, и больше его на Энтерпрайз не видели.

А Джим Кирк все стоял у рулевых панелей на мостике, сложив руки на груди, и смотрел на вечно близкие и вечно далекие звезды вокруг. Мысли его гуляли далеко от путешествия. Словно наяву, он видел в бескрайнем космосе воспоминания о том, что еще не случилось. В этих воспоминаниях были кровавые восстания и страшные трагедии. Там стремительная ромуланка молнией мелькала меж незнакомых пока гуманоидов с серой кожей, и старый нож в ее руке вспарывал жесткие тела, как наполненные водой воздушные шары, а над ними парил призрак женщины с красными, как венозная кровь, волосами...

«Джим!» - немного резко от беспокойства окликнул его Спок.

«Ммм?»

«...Это не обязано случиться»

Адмирал прикрыл глаза. Видения стали ярче, четче – теперь они говорили о звездолете, который пока существовал лишь в виде теории, о его капитане, о страшном и прекрасном путешествии в краях, куда никогда не ступала нога человека. И отчего-то – верно, чертов Кью и вправду не имел никаких тормозов, щедро делясь запретными знаниями, пусть и обещал через какое-то время забрать их обратно без следа – он как никогда ясно чувствовал, что от них сейчас зависит, случится ли то приключение.

«Это случится», - подумал он, и эта мысль была едва ли не самой успокаивающей в его жизни.

Цепь непрерывно трансформирующейся гигантской ДНК Вселенной, дрогнув, сдвинулась.

@темы: Джоанна Маккой, Домашний очаг, Рейтинг G - PG-13, Саавик